doct_z


surge et loquere

ne formides a facie eorum nec enim timere te faciam vultum eorum


[sticky post]Верхний пост
doct_z
Друзья, этот блог носит справочный характер, и составляется на основе наиболее интересного, сказанного и написанного мною или о моих проектах, в интервью прессе итп., поэтому он обновляется нерегулярно. Текущую деятельность моего основного проекта (Диссернет) можно наблюдать тут: http://www.dissernet.org/ в режиме ежедневного обновления. 

Как делалось расследование по чайкам в Греции
doct_z
Мне докладывали, что тут недавно какие-то неумные люди публично говорили, что информацию по Чайкам слил Бастрыкин (он же Обама) и что расследования никакого не было.

Поэтому - небольшой мемуар в скриншотах о греческой части расследования.

23.09.2014 в 19.54 я получил вот этот мейл от депутата Дмитрия Гудкова:





Поскольку с греческим у меня проблемы, то я попросил коллегу по Диссернету, Ивана Бабицкого, сделать эту часть работы:




Итак, местоположение отеля найдено. Теперь запрашиваем еще одного коллегу-расследователя про социальные связи наших героев, и получаем очень дельную выдержку из открытых источников:




И вот теперь можно скинуть инфу коллегам в ФБК.

Вот так и делалось расследование. Все документы были получены с помощью знания греческого языка, гугла, греческого кадастра, греческих правительственных сайтов и труда. Ленивым и глупым этого не понять. Ленивые и глупые люди все равно будут твердить, что документы нам подарил Бастрыкин, но пост написан для трудолюбивых и умных, которые хотят разобраться в том, каким образом слух "все греки знают, что..." и пришедшая из твиттера наводка (а из таких наводок 90% оказываются туфтой обычно) превращается в подтвержденное документами знание.

За скобками осталось муторное изучение греческого бюллютеня "Эфемерис тес Кюбернесеос" глазами, так как греки имеют ужасное свойство всякий раз транслитерировать русские фаимилии по-разному.

Если чайки продолжут стонать перед бурей, придется достать из архива переписку по швейцарской части расследования.

Одномандатная кампания: итоги
doct_z
Друзья, благодарю за поддержку во время моей одномандатной кампании. Я провел в Обнинске три очень насыщенные недели, собирая подписи и решая организационные вопросы. К сожалению, динамика сбора подписей вынудила нас в определенный момент констатировать, что необходимое число подписей не собирается, поэтому я не подаюсь, и усилия последней недели были направлены на списочную кампанию РПР, про которую только что было заявление Коалиции parnasparty.ru/news/77.

Формальный отчет по моему избирательному счету будет подан в избирком, а сейчас коротко отчитаюсь перед вами. Приход по избирательному счету составил около 160 тысяч рублей. Из них 60 тысяч - ваши пожертвования, 100 тысяч - мои личные средства. К сожалению, около 20 тысяч рублей пришлось вернуть обратно жертвователям, так как пожертвования не содержали всех предписанных избирательным законодательством заклинаний. Около 5 тыс. рублей было отослано и вовсе в бюджет, так как жертвователи не указали даже своего адреса, что делало пожертвования анонимными.

Было собрано 450 подписей (необходимо было 1200). С учетом того, что в моем округе живет 40000 человек, из которых в лучшем случае 60% прописано на территории округа, и что округ был обойден сборщиками более чем по одному разу, это лишний раз показывает, что уровень 3% от населения округа - это по-настоящему заградительный барьер.

Траты по кампании: аренда офиса - 65000 руб, остальное - в основном оплата услуг сборщиков.

Почему такая дорогая аренда? Дело в том, что ни один бизнес-центр не позволял нам снять офис. Когда я приехал в Обнинск, все ютились в душном тесном помещении, где буквально все друг у другу на головах сидели. Поэтому я арендовал помещение для проведения семинаров и лекций в гостинице.

Огромное спасибо моему одномандатному штабу: Антонине, Дмитрию, Дарье, Дарье, Федору, Виталию, Сергею. Опыт сбора подписей и общения с избирателями был чрезвычайно ценен для меня. Все, кто меня поддержали, внесли вклад в приобретение мною этого опыта. Спасибо всем, кто постил и комментил в соцсетях мои материалы, извините, что не всегда могу всем ответить. Спасибо всем, кто пришел в штаб и по своей инициативе поставил подписи.

Ну и конечно, спасибо тем избирателям, проживающим в Обнинске, кто интересовались моей кампанией, задавали неудобные вопросы, и в конце концов решались поставить свою подпись за "варяга".

О будущем: основная моя общественная деятельность останется сконцентрированной вокруг Диссернета, при этом я продолжаю правильным дополнять эту гражданскую активность и публично-политической активностью, если к тому будет возможность.

Аудит подписей за список демократической коалиции
doct_z
Последние четыре дня я был занят интенсивной проверкой подписей, собранных за РПР-Парнас в Калужской области. Поясню, какого рода проверка имеется в виду. После первичного приема подписей их всегда сначала проверяют на правильность заполнения, затем обычно правильность заполнения проверит еще и юрист. После юриста подписи смотрит графолог на предмет совпадения почерка. Я был занят совершенно иным видом проверки – изучением статистики исправления ошибок заполнения подписных листов, на основе чего я производил ранжирование сборщиков. При сборе подписей, если только это не рисовка, совершенно неизбежны следующие типичные ошибки:


  1. Подпись вылезла за рамки предназначенного для нее прямоугольника

  2. Гражданин записал дату в формате «24.07.15» или «24.07.2015 г.» а не «24.07.2015»

  3. Подпись поставлена вместо даты


Если это происходит – сборщик начинает заполнять строку ниже, чтобы тот же гражданин мог подписаться заново. Я собирал подписи десять дней, и по моим наблюдениям, ошибка типа «подпись за рамкой» встречается примерно в каждом третьем случае, ошибка «неверная дата» - в каждом пятом. Именно поэтому сбор подписей – столь трудоемкое занятие.

Сбор подписей за РПР-Парнас осуществлялся четырьмя независимыми штабами: моим штабом в Обнинске (Антонина Зикеева, Дмитрий Нестеров, Федор Ходьков, Сергей Лебедев), где я лично ходил со сборщиками и собирал подписи; штабом в Малоярославце (Александр Ларенков, Николай Лефшец), штабом либертарианцев в Калуге (Кирилл Самодуров, Сергей Горбунов) и штабом Коалиции в Калуге (начальник – Александр Шведов, организатор сбора подписей - Александр Зайцев).

Анализ подписей проводился по отдельным сборщикам. Этот принцип мы взяли из деятельности Диссернета: если диссертационный совет или профессор сгенерил одну фальшивую диссертацию, то он их сгенерит и десять, и двадцать. Это сильно упрощает жизнь: зло имеет свойство кластеризации; рядом с фальшивым сборщиком найдутся его друзья – фальшивые же сборщики, как и в случае анализа мастерских по выделке плагиата.

Если типичные ошибки сборщика, исправленные по ходу сбора, имеются на достаточном количестве листов – то такие подписи ранжируются высшим баллом – «качественные». Если исправленных ошибок нет, но подписные листы немногочисленны (1-2, т.е. 6-12 подписей), то их недостаточно, для того, чтобы вынести сколь-нибудь обоснованное суждение о том, что отсутствие исправлений на что-то намекает, и сборщик заносится в категорию «неясно». Если сборщик сдает ровные подписи, в которых исправления типичных ошибок заполнения нет, или их меньше чем одна на три листа (то есть на 18 подписей) – такие подписи попадают в разряд «подозрительные». И наконец, если нет исправления ошибок сборщика на 6 листах или более, то подписи попадают в категорию «подозрение на рисовку». В некоторых из таких пачек была различимая даже непрофессионалом рисовка, то есть сделанные одной рукой подписи.

В итоге все изученные мною сборщики из обнинского и малоярославецкого штабов были проранжированы как «качественные». А вот с Калугой случилась беда. Ниже привожу результаты ранжирования по шкале:

доказанная рисовка 0
возможна (полная или частичная) рисовка 1
подозрительно 2
неясно 3
качественные подписи 4

Заметим, что все оценки, кроме «доказанной рисовки» - получены статистическим изучением, а не прямой проверкой подписей, и теоретически нельзя исключить вероятность того, что мы заблуждаемся, и что на деле рейтинг того или иного сборщика следует повысить или понизить. Возможны случаи сверхаккуратных людей, которые не делают ошибок в листе даже в темном подъезде, или говорят только с такими подписантами, которые понимают их с первого раза, и не портят подписные листы.

Как было сказано выше, эти данные не носят прямой доказательной силы. Поэтому мы объехали вчера пару десятков калужских адресов подписантов, которые «подписывались» у плодовитых сборщиков с рейтингом 1 или 2. Результаты в обезличенной форме приводим ниже:

Сборщик 1:
Елена, Роман - не подписывали

Сборщик 2:
Ирэна – со слов мужа не подписывала
Александра – не подписывала

Сборщик 3:
Наталья– «Подпись не оставляла»
Раиса – сборщики были, оставила ли подпись – не уточнила.

Сборщик 4:
Елена– подписала
Юлия – не подписывалась и не могла, так как была в отпуске
Екатерина– подписала
Ольга– подписала
Екатерина – подписала
Валентина– подписала
Александра – подписала

Сборщик 5:
адреса Шахтерская 3А нет в Яндексе
адреса Строительная 1В нет в Яндексе.

Сборщик 6:
Наталья – не подписывала
Елена  – подписала
Анастасия– подписала
Владимир– подписал
Галина– подписала
Людмила Николаевна – подписала как «Людмила Викторовна»

Это позволило нам переместить некоторых сборщиков из «серой зоны» (рейтинг 2-3) и «темной» (рейтинг 1) в «черную зону» - «доказанные рисовальщики». И нас не интересует, что у рисовальщиков были и реальные подписи. Если человек подделывал хотя бы одну подпись на десять реальных, все его подписи должны быть сданы в полицию,а не в избирком. Если мы видим устойчивый кластер рисовальщиков, то никакие из этих подписей не должны сдаваться в избирком.

Наиболее актуальные числа по партсписку на сей день выглядят так:

Обнинский штаб – 1200
Малоярославецкий штаб – 1000 (прошло мою обработку только 200 шт.)
Калуга-1 (Либертарианцы) – 900
Калуга-2 (Коалиция) – 1700 (после выбраковки сборщиков рейтинга «0»)

Сюда не включены примерно 200 рисованных подписей, которые не учитывались в статистике, и идут прямым ходом в полицию.

Практически все сборщики из Калуги-1 получили рейтинг «4», поэтому данные по ней не изменяются. А вот Калуга-2 потеряет очень сильно из-за выбраковки девяти сборщиков, которых мы сдаем в полицию, и возможного дальнейшего движения серой зоны в сторону черного, что приведет, по всей видимости, к выбытию всех сборщиков рейтинга 2-3. Итого от Калуги-2 остается примерно 1000-1200 подписей. Это оценка, которая скорее всего еще уменьшится, насколько – покажет обход адресов.

Итого мы теоретически имеем около 4100 подписей, причем до их тщательной проверки юристами. За оставшиеся дни мы должны собрать порядка 1000 подписей, чтобы с минимальным запасом перекрыть потери от сдачи сборщиков в полицию и при рутинной выбраковке. Цель - 4400 подписей, свободных от рисовки.

Сергей Калякин
doct_z
То, что не успел рассказать сегодня в эфире на Эхе Москвы. В эту субботу в Обнинске имел встречу с семьей бывшего и.о. директора Физико-Энергетического института Сергея Калякина http://trv-science.ru/20…/…/12/fizik-dolzhen-sidet-v-tyurme/http://www.novayagazeta.ru/inquests/67318.html Более четырех часов изучал материалы дела и полностью убедился в том, что дело полностью сфальсифицировано. Если моя калужская кампания-2015 увенчается успехом, буду считать освобождение Сергея Калякина своей задачей №1.

Выступление на митинге в защиту "Династии"
doct_z
Выступление на митинге в защиту "Династии"
http://trv-science.ru/2015/06/09/v-zashhitu-nauki-i-obrazovaniya/

**************
Уважаемые коллеги, очень рад вас всех видеть здесь. Я хотел бы сегодня напомнить всем, что с теоремой Гёделя о неполноте любой формальной системы связана теорема о так называемом неединогласном парламенте (желающие прочитать доказательство могут обратиться в журнал «Квант» за 1995 год). Суть теоремы о неединогласном парламенте такова: если имеется парламент, который хотя бы по каким-то вопросам голосует не единогласно, не отменяет своих предыдущих решений и при этом логическое следствие из любых множеств решений есть также решение, то такой парламент можно заставить принять любое наперед заданное решение.
Зачем я вспомнил об этом любопытном факте? Затем, что наше с вами сообщество, по моему глубокому убеждению, пренебрегает таким важнейшим способом защиты себя, защиты наших научных институтов, защиты интересов Академии наук, защиты интересов наших меценатов, как лоббистская работа. Я приведу вам пример, иллюстрирующий эту самую теорему. Предположим, мы хотим, чтобы у нас в стране был закон, согласно которому, всех, кто ездит на трамвае зайцем, должны на следующий день расстрелять. Если мы внесем этот закон в парламент в таком виде, то, очевидно, он провалится, потому что тут же все господа думцы вспомнят о принципах гуманности, человеколюбия и так далее.
Но давайте будем действовать по-другому. Сначала мы вносим Закон о борьбе с мышами и крысами, состоящий в том, что единственными млекопитающими, которые имеют право находиться в пределах города, являются люди, собаки и кошки, а все остальные подлежат изничтожению. В другой раз мы вносим Закон о безбилетниках ? о том, что все, кто ездит без билета, приобретают статус зайца. И наконец, в третий раз мы приравниваем всех зайцев, как то: зайцев лесных и безбилетных ? во всех правах. И следствие трех, казалось бы, безвредных законов: Закона о борьбе с мышами и крысами, Закона о безбилетниках и Закона о равноправии зайцев ? приводит к совершенно фантастическому решению о том, что людей за безбилетный проезд можно расстреливать.
Я хочу сказать, что тем же самым образом, пользуясь абсолютным хаосом и безумием, происходящими с нашим законодательным органом, Государственной Думой, и региональными законодательными собраниями, мы с вами должны прилагать совершенно конкретные усилия для того, чтобы изменить то состояние, в котором находится наше законодательство. Как это делать? Есть два метода, один основан на работе с хорошими депутатами, другой ? на работе с плохими депутатами. Начнем со второго.
Вы находите каких-то не очень хороших депутатов и проедаете им мозг. У каждого из вас есть свои региональные депутаты Мосгордумы, есть прикрепленные к тем местам, где мы живем, депутаты Госдумы. Можно проедать им мозг разными обращениями, при этом, естественно, обращения не должны быть в духе «давайте всё сразу исправим, а мировое зло попросим сесть на самолет и улететь в Дубай». Обращения должны предполагать действия как раз в духе той теоремы о неединогласном парламенте, которую я помянул.
Второй случай требует больших усилий, но, соответственно, может быть вознагражден большими результатами: это когда вы знаете каких-то адекватных депутатов, при этом желательно, чтобы это были не только представители оппозиции, но и, возможно, какие-то остающиеся разумные представители других партий. Вы знакомитесь с ними, вы дружите с ними, вы помогаете им сформулировать те законопроекты, которые нужны научному сообществу, они несут их в Думу, и, в связи с тем что безумный принтер одинаково безумен во всех направлениях, есть некоторый ненулевой шанс, что эти правильные законы пройдут.
Не нужно стесняться того, что у вас не будет стопроцентного результата. Диссернет пишет 100 жалоб, из них 20 футболится, 20 удовлетворяется, остальные провисают in limbo между небом и землей. Ничего страшного. Главное здесь прилагать больше усилий, чтобы хотя бы один из десяти полезных проектов, которые вы напишете, сработал.
Я говорю всё это не из теоретических соображений, а исходя из собственного диссернетовского опыта лоббистской работы. Вы знаете, что мы готовили и вносили в Государственную Думу руками депутатов Гудкова, Смолина и Пономарева закон об отмене срока давности по фальшивым диссертациям. Закон провалился, но мы видели, что провалить его было сложно, 179 человек проголосовали «за», почти никто не осмелился голосовать «против». Если бы давление, которое мы тогда оказывали, удесятерилось, если бы помимо таких групп влияния, как Диссернет и Общество научных работников, пришло еще 20 академиков, сто членкоров и тысяча профессоров, каждый из них бы проел плешь каждому депутату, то очень может быть, что мы бы тогда и набрали недостающие до 226 голоса. Сейчас этот закон переделан, полностью исправлен, улучшен, дополнен, опять внесен в Госдуму, лежит в комитете по науке и наукоемким технологиям у академика Черешнева.
Приведу другой пример: закон об отмене статуса иностранных агентов как таковых. Я очень прошу обратить ваше внимание на эту законодательную инициативу Дмитрия Гудкова. Законопроект предполагает полный демонтаж самого понятия иностранного агента. Естественно, 445 депутатов Государственной Думы из 450 будут рвать и метать, будут кричать в истерике, пытаясь этот закон затоптать в землю. Я вас очень прошу: не позвольте им это сделать легко. Они это сделают – но поборитесь за этот закон. Это гораздо более продуктивно, чем махать флагом на демонстрации или кричать что-нибудь в мегафон.
Каждый из вас может написать своему депутату абсолютно уникальное письмо с просьбой поддержать закон, с вопросом, почему этот депутат хочет голосовать «против», а не «за». Если вы знаете, что человек голосует «против», вы можете натравить на такого депутата прессу и так далее. Просто поймите, что без нашего влияния как коллективного лоббиста ни один разумный закон не имеет никаких шансов. А с нашим влиянием эти шансы хотя небольшие, 1% или 2%, но они появляются.
Очень вас прошу делать что-нибудь, делать хотя бы такую конкретную вещь: пишите письма депутатам, оказывайте на них публичное давление, рассказывайте о том, что такой проект есть в соцсетях, говорите со своими коллегами и так далее – и мы еще посмотрим, как они будут голосовать. Это будет крайне забавно

Как нам исправить систему научной аттестации?
doct_z
Моя сегодняшняя колонка в Троицком Варианте
http://trv-science.ru/2015/06/02/kak-nam-ispravit-systemu-nauchnoj-attestacii/
*****************************************************
Физик и один из создателей проекта Диссернет Андрей Заякин, выступивший с докладом на конференции ОНР, представил свои предложения в виде статьи для нашей газеты.
***
Вынесенная в заголовок тема была главным вопросом, на который я пытался ответить в своем выступлении на конференции Общества научных работников, опираясь на опыт Диссернета. Более всего я хотел бы избежать возможных упреков в реформаторском зуде и желании рубить с плеча.

Ни я, ни весь Диссернет ни в коем случае не предлагают какой-либо радикальной реформы всей системы ученых степеней в целом. Хотя мы и доказали, что огромное множество диссоветов, университетов и даже несколько экспертных советов ВАК скомпрометировали себя, фактически превратившись в конторы по распространению крашеных диссертаций, как, например, ныне разогнанный экономический диссовет профессора Минаева при РГГУ, отсюда не следует, что сама система, в которой над диссоветами стоит ВАК, служащий апелляционной инстанцией и контролирующий деятельность советов, подлежит демонтажу.

По нашему глубокому убеждению, основанному на опыте — а за два года Диссернет разоблачил около 2500 фальшивых диссертаций, подал более 100 заявлений о лишении ученой степени, из которых были удовлетворены около 20, — есть ряд простых мер, которые позволят, сохранив форму и структуру существующей системы, превратить ее из торговой сети для фальшивых степеней в систему настоящей научной аттестации.

Для очищения диссертационных советов и экспертных советов ВАК всё готово. Диссернет с любовью и заботой собрал в свои закрома всех, кто, сам не будучи плагиатором, в течение многих лет помогал (совершенно безвозмездно, как вы догадываетесь) в качестве руководителей или оппонентов другим людям защитить фальшивые диссертации. В те же закрома сложены члены экспертных советов ВАК, через кого фальшивые диссертации получали путевку в жизнь — и гарантии от нападок Диссернета.

Именно эти «ученые» — а в экспертных советах ВАК по праву и по экономической теории их и по сей день большинство — постоянно подставляют руководство Минобрнауки, давая замминистра образования Людмиле Огородовой на подпись всякую ахинею, например признавая отсутствие плагиата в работе профессора МАИ Катрины Добровой, которая списала более 200 страниц с чужого текста сплошняком [1].

Именно эти «эксперты» в другой раз обманули замминистра Л. М. Огородову, подсунув ей на подпись бумагу о том, что всё хорошо в диссертации большого ФСИНовского начальника Магомедрасулова [2] с 54 помеченными страницами в нашей стандартной таблице. Именно эти «специалисты» подвели министра образования и науки Д. Ливанова, дав ему ложный отчет об отсутствии некорректных заимствований в работе прокурора Шишкина, с 80 раскрашенными страницами [3].

И мы понимаем, что достаточно одного росчерка пера, одного политического решения, чтобы такие вещи не повторялись. Для этого все те члены диссертационных и экспертных советов, кто запятнал себя причастностью к диссеродельной индустрии, должны быть лишены права занимать места в любых диссертационных и экспертных советах, что в старых, что в перерегистрированных или заново созданных. А кто причастен к этой индустрии — прекрасно известно Диссернету, и об этом регулярно сообщается в Минобрнауки в наших официальных обращениях.

Однако для должного установления факта причастности того или иного профессора к диссеродельной индустрии и к покровительству ей совершенно недостаточно появления имени этого профессора в списках, которые ведет некое общественное объединение. Факт плагиата в той работе, которой этот профессор руководил или которую он представлял экспертному совету как эксперт, должен быть установлен сообразно Положению о присуждении ученых степеней. Только тогда применение ограничительных мер к профессору, который торговал диссертациями или крышевал эту торговлю, будет справедливым.

А установление факта плагиата практически невозможно ввиду того, что Положение в его нынешнем виде, в той части, которая касается отзыва ученых степеней, написано в расчете на случайные ошибки, допущенные по невнимательности, но никак не в расчете на циничных и наглых диссероделов, которые мне в лицо будут говорить, как было в деле Ужахова [4], что численные данные по Северо-Западу и Северному Кавказу совпадают в сотнях инстанций, так как «Северо-Запад очень похож на Северный Кавказ».

Именно «заточенность» Положения под нормальную практику, а не под радикальное очищение системы проявляется в том, что рассматривать заявления о лишении ученой степени предполагается… самому диссертационному совету, который принял исходное решение! То есть предполагается, что Диссовет признает свою ошибку! Нам с вами кажется такой порядок абсолютно абсурдным, поскольку еще древние римляне говорили, что nemo judex in propria causa, то есть «никто не может быть судьей в собственном деле». Более того, такой порядок противоречит п. 6. ст. 8 Федерального закона ФЗ-59 «О порядке рассмотрения обращений граждан РФ», который напрямую запрещает должностным лицам и органам власти (а диссовету в данном контексте делегирована часть полномочий Минобрнауки) рассматривать жалобы на собственную деятельность.

Диссертационный совет, рассматривающий заявление о лишении ученой степени, находится в состоянии очевиднейшего конфликта интересов. Стоит ему дважды признать, что он признал фальшак ценной научной работой, и диссовет будет распущен, а на его профессорах уже официально появится клеймо диссероделов. Поэтому невзятие самоотвода членами диссовета, являющимися госслужащими, при рассмотрении жалоб на собственную деятельность противоречит и п. 5 ст. 11 ФЗ-273 «О противодействии коррупции»: «Предотвращение и урегулирование конфликта интересов, стороной которого является государственный или муниципальный служащий, осуществляются путем отвода или самоотвода…» [5].

Нам могут возразить, что у диссертационного совета в данном случае лишь спрашивают рекомендации и его решение носит характер «ответа» ВАК, так что диссовет также занимает в этом процессе позицию не «судьи», а ответчика, вместе с горе-диссертантом. Положение об ученых степенях и Положение о диссовете, однако, говорят нам совершенно иное: совет не «защищается» от обвинений, не «объясняется» перед ВАК, не «отвечает», а «принимает решение» (пп. 62–64 Положения о диссовете [6], п. 70 Положения об ученых степенях [7]).

Тот факт, что приказ о лишении ученой степени принимается не диссоветом, а министром, с подачи Президиума ВАК по результату рассмотрения в ЭС ВАК, никак не отменяет очевидного характера «первой инстанции» по лишению ученой степени, который носит заседание диссертационного совета. Сама процедура рассмотрения, в которой диссовет должен выслушать аргументы подателя жалобы, аргументы диссертанта и рассудить между ними, напоминает рассмотрение дел в суде. И в этой связи совершенным беззаконием является то, что судья — то есть диссовет — рассматривает жалобу сам на себя. Итоги подобного «объективного» рассмотрения слишком хорошо известны Диссернету.

В рамках существующей нормативно-правовой базы имеется простейший способ исправить этот порок и явное законодательное противоречие. Достаточно изложить абзац 1 п. 70 Положения о присуждении ученых степеней в следующей редакции: «Минобрнауки РФ направляет данное заявление в диссертационный совет, отличный от диссертационного совета, на решение которого о присуждении ученой степени подано данное заявление».

Подобного рода изменение не требует никаких дополнительных затрат: вместо рассмотрения жалоб на совет А в совете А, а на Б — в совете Б члены совета Б получают жалобу на А и наоборот. Экспертный совет тогда не должен будет тяготиться дилеммой в отношении рекомендаций «степени не лишать» — при нынешней процедуре ЭС ВАК никогда не может быть уверен, что рассмотрение было объективным, и, бывает, вынужден тратить дополнительные ресурсы на дополнительную экспертизу.

Поэтому Диссернет призывает Минобрнауки исправить явно коррупциогенную норму закона, что позволило бы без всяких дополнительных вложений сил и средств очистить систему научной аттестации в России.

1. www.dissernet.org/expertise/dobrovakb2011.htm
2. www.dissernet.org/expertise/magomedrasulovmm2010.htm
3. www.dissernet.org/expertise/shishkinna2010.htm
4. www.dissernet.org/publications/ng_ryazan_batyevo.htm
5. www.consultant.ru/document/cons_doc_law_172553/?frame=5#p220
6. http://base.garant.ru/70603292/#block_3
7. www.consultant.ru/document/cons_doc_law_166742/?frame=1#p47

Апологетическая колонка в Новой Газете
doct_z
http://www.novayagazeta.ru/columns/68674.html

Почему я решил идти на выборы от «Диссернета»

Я принял для себя решение — участвовать в праймериз Демократической коалиции на выборы в Законодательное собрание Калужской области, а коллеги по «Диссернету» поддержали мое выдвижение. Прежде чем призвать меня поддерживать, считаю необходимым объяснить свое решение.

Для большинства моих академических коллег политика — занятие пошлое и непристойное. Я так и вижу многих из них, скривившихся в снисходительной улыбке, как только они узнают, что я принял решение пойти в депутаты. Никто не оспаривает, что служение науке в чистом виде — лучший жребий, которого может желать человек, и я вполне серьезно утверждаю, что в этом состоит родовое предназначение человечества в мире — понимать, как устроен мир.

Однако деятельность «Диссернета» научила меня тому, что иногда мы не можем не становиться политиками, если хотим обеспечить возможность российской научной и образовательной системе функционировать. Я исхожу сейчас из широкого определения слова «политика» как искусства влиять на окружающую нас общественную реальность мирными и законными способами. «Диссернет» довольно быстро разобрался с тем, что в сложившейся атмосфере жить нельзя, но изменить ее эволюционным путем, с помощью кабинетной аналитической работы — можно.

Мы начали с того, что выдрессировали чиновников Минобрнауки, которые выкидывали в помойное ведро наши с такой любовью сделанные заявления о лишении ученой степени. И они перестали выкидывать наши жалобы в ведро. Мы потребовали отставки тех, кто этим безобразием занимался, — и эти люди были отставлены. Мы проели мозг юристам Минобрнауки десятком судебных процессов по опротестовыванию незаконных решений об отказе в рассмотрении на основании якобы истекшего срока давности — и все эти решения были признаны незаконными (дело по одному из этих отвергнутых заявлений закончилось лишением степени бывшего председателя Мосгордумы В.М. Платонова). Мы поставили генерацию заявлений о лишении ученой степени на поток — и добились отзыва ученых степеней у 20 человек, среди них: Галина Жукова, бывший проректор РГСУ; Александр Кичигин, председатель Курской облдумы; Дмитрий Ворновских, депутат Законодательного собрания Ленобласти; Александр Соловьев, бывший депутат Госдумы; Елена Скрынник, бывший министр; Андрей Барышев, депутат Челябинской гордумы; Владимир Платонов, бывший спикер Мосгордумы.

Мы разработали вместе с депутатом Госдумы Дмитрием Гудковым, чьим помощником по работе в Госдуме я являюсь, закон об отмене срока давности, против которого «Единая Россия» трусливо не осмелилась голосовать, — и в итоге закон не был принят лишь из-за деланого «отсутствия кворума». «Диссернет» вместе с Рабочей группой Совета по науке Минобрнауки подготовили поправки к Положению о присуждении ученых степеней, которые имеют все шансы сильно улучшить ситуацию с научной аттестацией в России. Мы добились разгона самых одиозных диссертационных советов — например, совета профессора Минаева при РГГУ и снятия с должности некоторых руководителей отвратительнейших диссеродельных фабрик — например, ректора РГСУ Лидии Федякиной.

Все это научило нас тому, что, сидя в Российской государственной библиотеке, на очередном апелляционном заседании диссовета, в стенах суда или в кулуарах Госдумы, мы изменяем страну в хорошую сторону более эффективно, чем если бы мы вышли на площадь с флагом и матюгальником. Логичным продолжением наших успехов в изменении окружающей среды является политическая деятельность в более узком смысле слова, то есть — парламентская работа, только так мы можем сохранить положительную динамику. Да, Калужское областное собрание — не Госдума. Но оно является субъектом федеральной законодательной инициативы, и эту федеральную повестку дня, по которой у нас уже имеется серьезный законотворческий задел, я и собираюсь продвигать, пользуясь своим депутатским статусом.

Многие лидеры общественных неполитических движений — правозащитных, волонтерских, благотворительных, презирая политику в смысле узкого определения, недооценивают не только то, насколько их дело можно делать эффективнее, обладая статусом в текущей политической системе, но и саму возможность преображения этой системы изнутри эволюционным путем. Изрядно поездив по России за прошедшие полгода с лекциями про «Диссернет» и с выступлениями на диссертационных советах, я убедился, что в нашей стране много умных, активных и талантливых людей, занятых общественной деятельностью, которые были бы в сто раз лучшими депутатами, чем те, кого мы видим сегодня в представительных органах разного уровня. Эти общественники уже прекрасно понимают, как функционирует государственная машина в их конкретной области, умеют писать официальные бумаги, знают, что и где надо улучшить, чтобы система работала на пользу людям. Но желание сохранить свои ризы чистыми становится для многих из них преградой на пути в выборные органы. Однако именно благодаря такому отношению активных граждан к политике мы и вынуждены терпеть мерзкие физиономии вместо человеческих лиц в Госдуме и региональных парламентах.

Не считая правильным призывать окружающих к тому, чего не делаю сам, я и решил, что следует двигаться в направлении публичной политики — в том числе и чтобы изменить представление о публичной политике как уделе проходимцев и жуликов. Я вполне доволен той судьбой и той карьерой, которая была у меня до сих пор, я работал в отличных научных коллективах в замечательных институтах и университетах, у меня есть отличный проект «Диссернет», так что, не избравшись куда-то, я для себя ничего не теряю. Но попробовать это сделать — считаю правильным шагом в настоящий момент.

Естественный вопрос мне — человеку, который до сих пор не был аффилирован с Калужским регионом: зачем калужанам варяг? Почему бы мне не избраться в парламент Якутии, откуда я родом, или в Мосгордуму от Академического района Москвы, где я поселился, вернувшись из-за границы? И какое отношение имеет мой опыт, который весь выстроен вокруг федеральной тематики, к проблемам жителей Калуги или Обнинска?

Ответ простой: я хочу защищать интересы отечественной науки, образования, инновационной промышленности там, где можно избираться в нынешнем избирательном цикле. Опций для участия в публичной политике становится все меньше и меньше, и никто не знает, будут ли в России вообще выборы через год-другой. А для Калужской области с ее наукоградом Обнинском, с предприятиями Росатома, с мощными инвестициями, сделанными за последние годы благодаря политике областного руководства в высокотехнологичные отрасли производства, совершенно необходимо, чтобы кто-то занимался отстаиванием интересов этих сфер на федеральном уровне. Мы все прекрасно понимаем, что, в силу происшедшего в России демонтажа федеративных отношений, центр принятия решений сместился в Москву, — поэтому проблемы научного сотрудника Физико-энергетического института в Обнинске или проблемы студента Калужского государственного университета решаются тоже на уровне федерального законодательства и федерального Министерства образования и науки. А к этим дверцам, как показывает опыт «Диссернета», у нас уже подобран ключик.

Если вы постоянно прописаны в Калужской области, то поддержать меня можно, зарегистрировавшись на сайте праймериз и в день голосования — проголосовав за меня.



P.S. Редакция «Новой газеты» будет следить за политической карьерой кандидата Андрея Заякина. Мы рассматриваем этот случай как своего рода меченый атом. Как он подает документы? Как проходит предвыборная кампания? Как проходит день голосования. И что это значит в принципе — входить в политическую жизнь России 2015 года?

Интервью свободе
doct_z
Вот тут: http://www.svoboda.org/content/article/27047916.html


Сергей Добрынин
Опубликовано 01.06.2015 18:42

В российской политической реальности происходит уникальное событие: молодой физик-теоретик на пике научной карьеры не только вернулся из зарубежного университета в Россию, но и собирается участвовать в выборах в Законодательное собрание Калужской области.


Андрей Заякин, сотрудник Института теоретической и экспериментальной физики, не только сооснователь, но и один из наиболее активных участников сообщества "Диссернет", борющегося с фальшивыми диссертациями и незаслуженными учеными степенями. Так, совсем недавно при непосредственном участии Заякина докторской степени лишился бывший спикер Мосгордумы Владимир Платонов. А теперь Андрей Заякин выдвинут для участия в предварительных выборах (праймериз), по итогам которых Демократическая коалиция сформирует избирательный список в Заксобрание по Калужской области.

В разговоре с научным обозревателем Радио Свобода Заякин объяснил, зачем физику идти в публичную политику, поделился своим мнением о преследовании фонда "Династия" и рассказал, над чем хочет работать в Калужской области в качестве депутата.

– Действующий молодой ученый идет в публичную политику в современной России. Кажется, это уникальный случай?

Страна, которой управляют физики, мне нравится больше, чем страна, которой управляют продавцы бензина
– К сожалению, да. На самом деле, это очень огорчительно. Я бы хотел, чтобы таких людей было больше. Я, безусловно, чувствую себя белой вороной, совершенно не типичным представителем даже в кругу людей, с кем я сейчас общаюсь, условно назовем их демократической общественностью, хотя я не очень люблю этот термин, как строго не определенный. Но при прочих равных страна, которой управляют физики и математики, мне нравится гораздо больше, чем страна, которой управляют продавцы бензина.

С этим режимом не совместимо просвещение
– Но ведь большинство физиков и математиков предпочитают заниматься физикой и математикой, а не политикой.

– Совершенно верно. Я тоже предпочитаю заниматься физикой и математикой. Но я считаю, что в нынешней исторической ситуации я обязан несколько отвлечься от тех занятий, которые я люблю, и вложить определенное количество своих душевных сил и умений в то, что философы называют общественным благом. Мне кажется, что если бы еще некоторое количество физиков и математиков ко мне присоединилось, то мы бы имели совершенно другую страну, в которой, кстати, и деятельность физиков и математиков была бы возможной. Нынешняя политическая система устроена таким образом, что она пожирает все самое лучшее, самое прекрасное, что у нас есть. Мы только что наблюдали удивительное по своему чудовищному мракобесию уничтожение прекрасного фонда "Династия". Фонд "Династия" занимается уже почти 15 лет тем, что финансирует в России фундаментальные исследования, обеспечивает стипендии для студентов, аспирантов, молодых ученых, издает книги. И мы видим, что фонд "Династия" с нынешним господствующим режимом не совместим. С этим режимом не совместимо просвещение. С этим режимом не совместим технический прогресс.

Коль скоро с этим режимом не совместим технический прогресс, с ним не совместима и экономическая эффективность России как державы. Почему США настолько эффективны? Они в первую очередь технологически опережают остальной мир, а вовсе не потому, что Америка кого-то чему-то подчинила или куда-то протянула свои злокозненные щупальца. Я хочу, чтобы Россия была более эффективна, чем Америка. Но для этого здесь должны делать свои качественные смартфоны и компьютеры. А для того чтобы здесь делали смартфоны и компьютеры, здесь должен быть Зимин, фонд "Династия". Здесь должна быть возможность людям заниматься наукой вместо того, чтобы бороться с чиновниками и собственной дирекцией. Поэтому мы вынуждены, не сумев проломить эту бюрократическую чиновничью стену с помощью писем, обращений, заявлений частных граждан, идти в публичную политику, чтобы, пользуясь статусом депутата, пользуясь статусом, может быть, лидера того или иного муниципального объединения, главы исполнительной власти и т. д., чтобы в статусе исполнительной или законодательной власти требовать от обнаглевших чиновников, которые закатывают в асфальт последние ростки чего-то разумного в стране, чтобы они раскатали этот асфальт обратно и позволили разумному расти и развиваться так, как это предписано законами здравого смысла.

– Из ваших слов можно понять, что физики и математики – лучшие кандидаты на управление страной. Но мировой опыт, кажется, не очень-то это подтверждает.

– Мое суждение по поводу того, что в нынешней российской политической сфере не хватает физиков и математиков, чисто ситуативное. Хотя типичный немецкий политик очень часто является доброкачественным представителем академической среды, в частности, как та же канцлер Меркель, которая физик по своему первому и основному образованию. Но здесь нет какого-то общечеловеческого закона. Я считаю, что в нынешней ситуации приход в российскую политику людей с таким образованием, как у меня, сильно улучшил бы ситуацию.

– Вы ведь долго работали за границей и только недавно вернулись в Москву?

– Да, я достаточно долго работал за границей, в университетах в Германии, Италии и Испании, а параллельно продолжал следить за тем, что происходит в российской науке, в развитии ее отношений с властями. Я внимательно наблюдал за, назовем ее так, конфискационной реформой Академии наук, но повернуться от наблюдения к активным действиям меня в значительной мере побудила история с Институтом теоретической и экспериментальной физики, с которым все время оставался аффилированным. Я приезжал в Москву, общался с коллегами оттуда, участвовал в семинарах, и мне было больно смотреть, как безграмотные “эффективные” менеджеры душат этот замечательный институт.

– Параллельно вы участвовали в основании сообщества "Диссернет", которое занимается разоблачением фальшивых научных степеней?

– Да. И я работал над этим проектом из-за границы, в основном дистанционно курировал подготовку заявлений о лишении ученой степени.

– И вернулись, чтобы продолжать эту работу уже в полевых условиях?

– В общем, да. Я ехал сюда осознавая, что буду тратить много времени на “Диссернет”, в России у меня есть возможность не только готовить документы, но и полностью их сопровождать, выступать на диссертационных и экспертных советах и так далее. Я вижу ожесточенное сопротивление “диссеродельной мафии”, которой чрезвычайно не нравится, что мы лишаем их этой кормушки, и чувствую от участия в этой борьбе абсолютное моральное удовлетворение. При этом, я мог бы и дальше продолжать свою чисто научную карьеру за границей, сменить еще какое-то количество университетов или продлить контракт в Испании. Но я прожил несколько лет в свое удовольствие – а это главное, что дает человеку занятие наукой, – и решил, что могу пожить теперь для других.

– После возвращения в Россию вы успели поучаствовать в лоббировании законопроектов, связанных с оспариванием ученых степеней?

– Да, причем сейчас для меня это самая важная сторона деятельности в проекте “Диссернет”. Работа над законопроектами и подзаконными актами – вполне логичное продолжение нашей деятельности. Мы видим, как несправедливо рассматриваются наши жалобы, нужно как-то действовать. И мы для этого начинаем конструктивно взаимодействовать с государственными органами. Кстати, неверно думать, что все чиновники как один – мерзкие коррумпированные твари, нет, среди них есть очень много разумных людей. Например, многие в министерстве образования и науки, в том числе министр Дмитрий Ливанов, директор департамента Инесса Шишканова, совершенно недвусмысленно поддерживают нашу борьбу с фальшивыми диссертациями, согласны, что эти авгиевы конюшни должны быть расчищены. И вот в этой связи я, в качестве помощника депутата Государственной Думы Дмитрия Гудкова, готовил один закон, который предполагал отмену срока давности для оспаривания незаконно присужденных ученых степеней.

– Какова судьба этого документа?

– Он был постыдно отклонен Думой. Постыдно, потому что депутаты даже не решились прямо проголосовать против него. В итоге одна фракция просто не стала голосовать, притом что три другие, 179 голосами, проект поддержали. Депутаты сослались на недочеты в тексте законопроекта, кстати, они там и правда были. Мы подготовили совершенно новый вариант, и он сейчас находится на рассмотрении в комитете Госдумы по науке, мы знаем, что там есть желание его поддержать.

– Все это дало вам определенный политический опыт и, надо полагать, какие-то связи?

– Разумеется. Я работал и работаю помощником Дмитрия Гудкова, общаюсь с некоторыми депутатами региональных парламентов. Кроме того, не только у меня, но и у всего "Диссернета" есть наработанные контакты с представителями Минобрнауки. Конечно, два года лоббистской работы в связи с деятельностью “Диссернета”, и не только с ней, многому меня научили.

– Выдвижение – ваша собственная инициатива?

– Это моя личная инициатива, которая была поддержана “Диссернетом”. Думаю, последуют и другие заявления некоторых групп влияния и спикеров от академического сообщества, с которыми я поддерживаю хорошие отношения, с кем у нас общие взгляды на положение в стране, на ситуацию в Академии наук.

– Почему вы выбрали именно Калужскую область? Ведь выборы в Законодательные собрания будут проходить также в Костромской области и Новосибирске.

– Я мыслю свою программу как тематическую, направленную на защиту интересов научно-образовательного сообщества, и процент аудитории, к которой она обращена, наиболее высок именно в Калужской области, в первую очередь за счет наукограда Обнинска, многие жители которого работают в институтах и на предприятиях Росатома. Как ни странно, этот процент даже выше, чем в Новосибирске. Кроме того, работать в Новосибирске логистически и финансово сложнее, в Калугу очень просто доехать из Москвы, где я сейчас живу, а для поездок в Новосибирск я уже заранее, перед праймериз, должен был бы обладать значительными финансовыми ресурсами, которых сейчас нет. Ну а Костромская область – очень симпатичный мне регион, но тематически он не близок моему профилю, не было никакого смысла туда идти. Так что моя ближайшая задача – объяснить калужанам, как, будучи, в общем-то, варягом, я смогу что-то сделать для защиты их интересов, в первую очередь для сотрудников научной и образовательной сферы, для наукоемкой промышленности.

– Как финансируется ваша кампания?

– Поездки я финансирую из собственного кармана, а что касается деятельности по информированию избирателей, я пока что веду ее в интернете, для этого финансовые вложения не нужны. На будущее я создал Яндекс-кошелек, как мне объяснили юристы, это – законный способ получать пожертвования, правда, нужно, чтобы переводы осуществлялись с пометкой “на неограниченные цели”. Такая странная формулировка нужна потому, что сейчас существуют очень жесткие рамки, любое нецелевое использование средств может стать поводом для всякого рода неприятных разбирательств, а нецелевым расходованием может признаваться почти что угодно. Вообще говоря, краудфандинг – не моя стихия, я стараюсь к нему очень аккуратно подходить, и до сих пор аккуратность выражалась в том, что я просто ничего не делал в этом направлении. Сейчас, вероятно, придется. Мелких расходов на, казалось бы, незначительные вещи набирается очень много.

– Над какими темами вы хотите работать в Калужской области кроме защиты интересов ученых?

– В моей научной повестке есть пункт, от которого легко перекинуть мостик к состоянию промышленности и бизнеса. Это то, что можно назвать дерегулированием. Дело в том, что моя лоббистская деятельность не ограничивалась вопросами, связанными с учеными степенями. Последние полгода я занимался налаживанием взаимодействия между некоторыми российскими частными компаниями и нашими законотворцами. Мне кажется, я добился успеха, и это выразилось в написании законопроекта об отмене лицензирования в отдельных видах космической деятельности. Дело в том, что во всем мире, в первую очередь, в США, сейчас бурно развивается частная космонавтика. Если мы посмотрим на структуру американских законодательных актов, которые регулируют космическую деятельность, вы увидите, что запуск и посадка космических аппаратов регулируются очень жестко, но разработка и самих аппаратов, и научных приборов не требует специальной лицензии НАСА. У нас же гайки закручены настолько, что многие виды связанной с космонавтикой деятельности практически невозможны. Существуют совершенно бессмысленные ограничения, которые подводят под космическую деятельность изготовление практически любого шурупа для космического аппарата. Для того чтобы избавиться от них, был подготовлен законопроект, который должен быть внесен в Государственную Думу в ближайшее время.

Их единственная функция – убивать на корню любую разумную деятельность
Работая над этим документом, я понял много важных вещей. А именно, что в разных технических и квазитехнических ведомствах есть надзиратели, которые не создают никакого прибавочного продукта, не вносят вклада в национальную экономику. Их единственная функция – убивать на корню любую разумную деятельность в России. Потому что они требуют применения каких-нибудь стандартов, ГОСТов 1955 или 1960 года к коммерческой деятельности, которая живет по своим, по объективным научно-техническим и рыночным законам. Борьба с этой системой – огромное поле для деятельности. Бремя бессмысленных лицензирований, сертифицирований, бремя бессмысленных проверок очень тяжело лежит на всякой высокотехнологичной деятельности в России. И это – один из пунктов моей повестки, который я хочу представить не столько ученым-теоретикам, сколько практикам, инженерам, бизнесменам, предпринимателям. В этом направлении дерегулирирования я собираюсь работать, знаю, как нужно действовать, и уже действую.


– И все же ваша основная избирательная база – научные работники. Сможете ли вы найти с ними общий язык? Вот вы только что хвалили Дмитрия Ливанова, а ведь многие его резко критикуют.

– Из того, что я поддерживаю министра Ливанова в его борьбе с плагиатом, вовсе не следует, что я поддерживаю остальную его деятельность. В частности, история с реформой Академии наук мне кажется совершенно выходящей за пределы добра и зла. Как я уже сказал, эта реформа носила абсолютно конфискационный характер. Было создано фантастическое по своей бюрократической глупости, неуправляемости и неспособности управлять ФАНО. Мне ясно, что это агентство ФАНО – некое зло, причем, к сожалению, это зло, которое даже не осознает, что оно есть зло. Поэтому будем с этим разбираться, будем выяснять, что и как здесь можно сделать. Впрочем, это не касается напрямую моих калужских избирателей, поскольку как раз там институты РАН представлены довольно слабо, в основном это структуры Росатома. В любом случае, общий язык с учеными мы находить будем, я к этому совершенно готов. У меня есть более интересные занятия в жизни

– Как далеко простирается ваши политические амбиции?

– Если я вдруг завтра, проснувшись, увижу, что Россия, вернее, ее политический режим, помирилась с цивилизованным миром, отменила наложенные на саму себя продуктовые санкции, признала незаконными выборы в Госдуму в 2011 году в связи с массированными фальсификациями, что сняты ограничительные барьеры для участия демократических сил в выборах, я просто закрою дверь и уйду. У меня есть более интересные занятия в жизни. А перекладывать бумажки, подшивать их в разные папки, произносить по десять раз за день одну и ту же очевидную очевидность – это вовсе не то, к чему я в жизни стремился. Но сейчас я вижу, что я должен этим заниматься. И я должен идти вперед. Будучи реалистом, я не ожидаю, что что-то из тех событий, о которых я сказал, случится прямо завтра. Поэтому, безусловно, я предполагаю, что я буду участвовать, по крайней мере, в праймериз по выборам в Госдуму в 2016 году, и надеюсь применить себя уже там, если избиратели захотят меня туда выбрать. Но пока что было бы и рано и неправильно говорить о том, что я участвую в кампании 2016 года. Посмотрю, как пойдет эта кампания. Независимо от того, выиграю я ее или нет, я многому на ней сумею научиться, и уже этим она для меня будет ценна.

Праймариз
doct_z
В связи с праймариз этот журнал будет использоваться как справочник по вопросам, относящимся к моему участию в кампании 2015 г. Актуальные политические сюжеты будут озвучиваться в регулярных СМИ. Расследования Диссернета продолжат публиковаться там, где они всегда публикуются - на dissernet.org.

Поддержать финансово:  яндекс-кошелек 410013183910780 (формулировка: дарение физлицу, НДС не облагается, целевое назначение не ограничено.)

Ответы на программные вопросы
https://kaluga.dem-coalition.org/candidates/54/

Ваши основные достижения в общественно-политической деятельности

Сооснователь проекта «Диссернет» www.dissernet.org (вместе с проф. Михаилом Гельфандом, проф. Андреем Ростовцевым, журналистом Сергеем Пархоменко). За время деятельности проекта нами раскрыто более 2500 фальшивых диссертаций, написано более 100 заявлений о лишении плагиаторов ученых степеней, около 20 плагиаторов лишены незаслуженно и незаконно полученных ученых степеней (включая депутата Госдумы Виктора Звагельского, бывшего министра сельского хозяйства Елену Скрынник, председателя Курской облдумы Кичигина, бывшего председателя Мосгордумы Платонова, депутата заксобрания Ленобласти Ворновских, депутата Челябинского заксобрания Барышева). Благодаря расследованиям Диссернета диссертации снята с должности ректор Российского государственного социального университета Лидия Федякина за плагиат в своей . Регулярно освещаю деятельность Диссернета в «Новой газете» и газете научного сообщества «Троицкий вариант».

Автор расследования об американской недвижимости депутата Госдумы Пехтина, который лишился своего депутатского мандата благодаря моей публикации. Соавтор более десятка расследований по недвижимости российских депутатов и чиновников в Евросоюзе и США.

Помощник депутата Госдумы Дмитрия Гудкова. Соавтор внесенного Д.Гудковым законопроекта об отмене срока давности по фальшивым диссертациям. Соавтор законопроекта о дерегулировании в области космической деятельности с целью поддержки российских частных космических компаний
Какие главные задачи вы ставите перед собой как депутат?

I. Наука и образование.

В качестве депутата я прежде всего собираюсь защищать интересы научной и образовательной сферы, в частности, интересы наукограда Обнинска, используя право Законодательного собрания Калужской области выступать с федеральной законодательной инициативой.

Тщательно изучив опыт организации и финансирования научных исследований в Европе во время моей работы за рубежом я планирую перенести лучшее из него в Россию и ставлю своими целями следующее:

1. Повышение финансирования фундаментальных и прикладных исследований за счет снижения расходов на войну, на чиновников и на научных бюрократов.

2. Дебюрократизация труда ученых, а именно:

2.1. Перераспределение полномочий от руководства головных организаций (госкорпораций, министерств и ведомств, РАН) и дирекций институтов в пользу профессоров — лидеров научных групп.

2.2. Полная или частичная отмена процедуры госзакупок для научных организаций.

2.4. Изменение нормативно-правовой базы с целью создания вакансий постдока (молодых специалистов, защитивших диссертацию) в российских научных центрах.

2.5. Упрощение найма иностранных специалистов высокого класса — профессоров, и постдоков — в российские научные организации (изменения в миграционное и трудовое законодательство).

3. Университетская автономия: повышение независимости университета от чиновника.

II. Дерегулирование: защита производства от бюрократа.

Другим приоритетом в моей деятельности я вижу содействие высокотехнологичному отечественному производству в борьбе с бюрократическими и коррупционными препонами. Необходимость получения лицензий, сертификатов и разрешений, подчас несоответствующих современному уровню технологий, и служащих лишь интересам коррупционеров, не дает отечественному бизнесу, особенно в инновационной сфере. быть конкурентоспособным. Единственный способ отобрать у чиновника кормушку и дать нормально работать бизнесмену, инженеру, рабочему — отменить на уровне федерального закона ненужные требования.

В этой области мною уже разработан проект федерального закона «О внесении изменений и дополнений в отдельные пункты Федерального закона „О лицензировании отдельных видов деятельности“», который снимает значительную часть ограничений, не позволяющих эффективно развиваться частным космическим компаниям в России. Наша страна рискует навсегда отстать от Америки в космической отрасли, если бюрократы будут продолжать душить инициативу частных компаний, которые способны ликвидировать техническое отставание и создать здоровую конкуренцию на этом рынке.

Дерегулирование космической отрасли — только первый шаг в облегчении бюрократического бремени на реальный сектор экономики. Федеральный закон «О лицензировании отдельных видов деятельности» предполагает лицензирование 51 вида деятельности. Я намерен внести в Законодательное собрание законопроекты по частичной или полной отмене ненужных требований по наиболее важным для Калужской области отраслям — энергетике, машиностроении, химической промышленности.

III. Казнокрадов — к ответу.

Имея богатый опыт автоматизированного анализа крупных массивов данных и зарубежных реестров недвижимости, я знаю, как изловить чиновников и депутатов, которые вывозят из России наворованное добро и покупают поместья на Лазурном берегу Франции. В качестве депутата Законодательного собрания я намерен добиваться ратификации Госдумой статьи 20 Конвенции ООН против коррупции, которая вводит ответственность за незаконное обогащение таких чиновников.

?

Log in